Фотожурналистика

Возможна, современная фотожурналистика, стала после изобретения малогабаритной камеры. Созданная тридцати пяти миллиметровая «лейка» в 1914 году и поступившая в продажу в 1925 году в Германии, внесла много изменений значительных в каждую из областей фотографии. Благодаря новой камере фотографы смогли увидеть в сделанных снимках привычные объекты в новых перспективных, смелых очертаниях. Расширила возможность фотографов лучше оценить и увидеть формы и очертания предметов в пространстве.

Один из первых, кто стал пользоваться камерой малогабаритной в целях информационных, был отличный юрист, который владел многими иностранными языками, Эрих Саломон. Именно он вел закулисные съемки международных деятелей политики на конференциях Лиги Наций в конце двадцатых годов прошлого века. Это об Эрихе Саломоне шла речь, когда говорили: «Несколько министров иностранных дел, стол и Эрих Саломон». Фотографы журналов и газет, с тех пор следуя его манере, снимают по ходу дела, а не ждут когда начнут позировать.

Эрих Саломон был смелым и в то же время изобретательным фотографом. Он придумал несколько трюков, которые помогли ему обойти запреты на съемки некоторых политических освещений в 20-х 30-х годах прошлого века. Например, среди его придумок были проделывание дыры в своей шляпе котелке, которая изнутри закрывалась объективом камеры.

Или носил руку перевязанной, делая вид, что повредил ее, и она у него болит, а в этой перевязи лежала камера или в цветочных горшках прятал камеру, а дистанционным управлением приводил ее в действие.

Но «охота» Эриха Саломона не ограничивалась только в комнатных конференциях. Он умудрялся снимать судебные процессы по убийствам, концерты и балы, где случалось в интересных ситуациях заставать трубочистов, президентов и принцев. Он был историком фотографии, он стал первым в фотографии, так же как и художник редкой гениальной натуры мастерства.

Когда было ликвидировано нацистами знаменитое издательство в Уллштейне и его три иллюстрированных журнала, для которых Эрих Саломон, Альфред Эйзенштедт, Фринц Горо и Филипп Халсман делали прекрасные фотоснимки с целой армией отличных фотографов и редакторов разъехались по всем концам света. Они стали основателями новых журналов, которые стали всемирно известны. К сожалению, гениальный фотограф Эрих Саломон вместе со своей семьей погиб в камерах газовых Освенцима. В живых остался только его сын Петер Хантер-Саломон.

Вроде Картье – Брессона и других мастеров малогабаритной камеры, Эйзенштедт предпочитает снимать события в действии. В каждом событии он видит три составляющие – начало, кульминацию и конец, и никогда не ошибается в нужном снимке, в важности момента. Обычно фотографии выступают как иллюстрации к чему – то или рассматриваются как технический эксперимент, о котором все быстро забывают, но только не снимки Эйзенштедта.

Большинство из них, просматривая снова, с каждым разом становятся только интересней. Лучшие его работы вызывают эмоции, на них хочется смотреть вновь и вновь, чтобы получить новые ассоциации и свежие интерпретации. Их гениальность заключается в простоте построения.

Сделанные Эйзенштедтом портреты, точно и ясно отражают характер и дух позирующего, и не важно известная ли это личность или нет. Жанровые его работы своей интимностью зрителя делают соучастником процесса и, кажется, что стоишь сразу за спиной фотографа. Примером такого эффекта можно представить снимок Эйзенштедта, где на снимке черноволосая симпатичная девушка сидит в ложе в прекрасном оперном театре пятиярусном Ла Скала в Милане. Он запечатлел напряженный момент, всего за мгновение до взмаха палочкой дирижера и погашения света на праздничной привлекательной сцене. Мастерство этого фотографа выработалось с применением малогабаритной камеры, после чего он освоил фотографию пейзажную.